Внимание! Статья адресована врачам-специалистам
DOI: https://doi.org/ 10.24412/2076-4812-2026-7382-60-64
Nasretdinova M.Т., Khayitov A.А.
Samarkand State Medical University, Uzbekistan
Comprehensive preoperative assessment of the functional and immunological status of the nose in patients with cystic maxillary sinusitis
Резюме. Кистозный верхнечелюстной синусит является одной из наиболее распространенных форм хронической патологии околоносовых пазух, составляя 3,9% в структуре ЛОР-заболеваний и 12,6% среди всех хронических синуситов. Длительное течение воспалительного процесса приводит к истощению локальных защитных механизмов, что требует использования комплексного подхода к предоперационному обследованию.
Цель. Оценить клиническую эффективность комплексного подхода к диагностике хронического кистозного верхнечелюстного синусита.
Материалы. Клиническое исследование проведено на базе оториноларингологического отделения Самаркандского областного медицинского центра в 2021–2024 гг. В исследование включено 230 пациентов с верифицированным диагнозом «киста верхнечелюстной пазухи». Пациенты основной группы (n=115) были обследованы по разработанному комплексному алгоритму, пациенты группы сравнения (n=115) – согласно стандартному протоколу.
Результаты. Комплексное предоперационное обследование выявило выраженную синоназальную дисфункцию у пациентов: секреторную гиперсекрецию (61% случаев), угнетение мукоцилиарного транспорта преимущественно 1-й степени (66,1%) и двукратное повышение проницаемости слизистой оболочки. Данные передней активной риноманометрии (ПАРМ) подтвердили аэродинамический коллапс: снижение суммарного объемного потока до 517–519 см³/с и повышение сопротивления в 1,6 раза (0,413–0,417 Па/см³/с) вследствие отека и блокады соустья. У всех пациентов выявлен однотипный локальный Th2-зависимый иммунный дисбаланс: снижение назального sIgA (1,7±0,3 мг/мл), рост уровня IgE (0,5±0,2 МЕ/мл) и гиперпродукция IL-4 (9,5–9,7 пг/мл) (p>0,05 между группами). Иммуногистохимический анализ биоптатов слизистой оболочки выявил выраженные нарушения: локальный иммунный дисбаланс, деструкцию эпителиального пласта и глубокое тканевое ремоделирование, ассоциированное с критическим изменением иммунорегуляторного индекса (ИРИ). Использование конусно-лучевой компьютерной томографии (КЛКТ) обеспечило прецизионную трехмерную визуализацию архитектоники пазух и топическую диагностику кист (преимущественно на нижней стенке – 49,6%), что позволило объективно оценить тяжесть декомпенсации барьерных систем и спланировать щадящий хирургический доступ.
Заключение. Кистозный синусит сопровождается сочетанным нарушением всех систем носа, приводя к выраженной дисфункции аэродинамики, угнетению мукоцилиарного клиренса, гиперсекреции и тяжелому локальному Th2-опосредованному воспалению. Полиморфный характер данных нарушений диктует необходимость комплексной предоперационной диагностики, сочетающей функциональные, лабораторные тесты и трехмерную КЛКТ-визуализацию. Данный подход позволяет объективно оценить тяжесть патологии и прецизионно спланировать малоинвазивный хирургический доступ.
Ключевые слова: хронический кистозный верхнечелюстной синусит, иммунорегуляторный индекс, иммуногистохимия, интерлейкины, кисты.
Для цитирования: Насретдинова М.Т., Хайитов А.А. Персонализированная дооперационная диагностика хронического кистозного синусита на основе иммуноморфологического профиля // Медицинские новости. – 2026. – №7. – С. 60–64.
Summary. Chronic maxillary sinusitis with cysts is among the most prevalent forms of chronic paranasal sinus pathology, accounting for 3.9% of all ENT diseases and 12.6% of chronic sinusitis cases. Prolonged inflammation progressively depletes local defense mechanisms, necessitating a more comprehensive preoperative assessment than routine imaging alone.
Objective. To evaluate the clinical efficacy of a comprehensive diagnostic approach in patients with chronic maxillary sinusitis with cysts.
Materials. This clinical study was conducted at the otolaryngology department of the Samarkand Regional Medical Center from 2021 to 2024. The study population included 230 patients with a confirmed diagnosis of «maxillary sinus cyst». Patients in the main group (n=115) underwent comprehensive diagnostics in addition to standard procedures, while patients in the comparison group (n=115) were evaluated according to standard diagnostic protocols.
Results. A comprehensive preoperative evaluation revealed severe sinonasal dysfunction in patients with cystic maxillary sinusitis, characterized by secretory hypersecretion (in 61% of cases), impaired mucociliary clearance predominantly of the first degree (in 66.1% of patients), and a twofold increase in mucosal tissue permeability. Rhinomanometry data confirmed aerodynamic collapse, with a decrease in total volumetric flow to 517–519 cm³/s and a 1.6-fold increase in nasal resistance (0.413–0.417 Pa/cm³/s) due to edema and ostial obstruction. Prior to surgery, all patients exhibited a uniform local Th2-dependent immune imbalance, characterized by a decrease in nasal sIgA (1.7±0.3 mg/mL), an increase in IgE (0.5±0.2 IU/mL), and hyperproduction of IL-4 (9.5–9.7 pg/mL) (p>0.05 between groups). High-precision immunohistochemical (IHC) analysis of mucosal biopsies revealed pronounced local immune imbalance, epithelial layer destruction, and profound tissue remodeling associated with critical changes in the immunoregulatory index (IRI) in the affected areas. The incorporation of Cone-Beam Computed Tomography (CBCT) provided precise three-dimensional visualization of sinus architecture, topographic localization of cysts (predominantly on the inferior wall–49.6%), and verification of their origin, enabling an objective assessment of barrier system decompensation and the planning of minimally invasive surgical approaches.
Conclusions. Cystic sinusitis causes combined dysfunction of all nasal systems, leading to marked disruption of intranasal airflow, impaired mucociliary clearance, hypersecretion, and severe localized Th2-mediated inflammation. The polymorphic nature of these disorders necessitates comprehensive preoperative diagnostics, combining functional and laboratory testing with 3D CBCT imaging. This approach allows for an objective assessment of pathology severity and precise planning of minimally invasive surgical access.
Keywords: chronic cystic maxillary sinusitis, immunoregulatory index, immunohistochemistry, interleukins, cysts.
For citation: Nasretdinova M.Т., Khayitov A.А. Comprehensive preoperative assessment of the functional and immunological status of the nose in patients with cystic maxillary sinusitis // Meditsinskie novosti. – 2026. – N7. – P. 60–64.
________________________________________________________________________________
Использованные сокращения: ИГХ – иммуногистохимический анализ, ИРИ – иммунорегуляторный индекс, КТ – компьютерная томография, КЛКТ – конусно-лучевая компьютерная томография, МЦТ – мукоцилиарный транспорт, ОНП – околоносовые пазухи, ПАРМ – передняя активная риноманометрия, ХРС – хронический риносинусит
__________________________________________________________________________________
Хронический риносинусит (ХРС) представляет собой одну из наиболее значимых проблем современной оториноларингологии. Согласно эпидемиологическим данным, патология поражает от 5,5 до 28% населения земного шара, составляя около 10% в структуре хронических заболеваний верхних дыхательных путей и являясь основанием для проведения более миллиона хирургических вмешательств ежегодно [1, 2].
Особое место в данной группе заболеваний занимает кистозный синусит. Кисты околоносовых пазух (ОНП) диагностируются в 3,9% случаев среди всей ЛОР-патологии, формируя 12,6% в структуре хронических синуситов. При этом в 93,3% наблюдений поражается верхнечелюстная пазуха; вовлечение клиновидной (4,3%) и лобной (2,4%) пазух отмечается значительно реже. В современной классификации кистозные образования ОНП подразделяются на истинные, ложные (псевдокисты), одонтогенные и врожденные [3, 14]. Клиническая картина кистозного верхнечелюстного синусита зачастую носит стертый характер. В отличие от острого бактериального процесса, сопровождающегося выраженным интоксикационным синдромом, данная форма патологии протекает малосимптомно или субклинически. Неспецифичность ведущих жалоб – затруднения носового дыхания, слизистых выделений, постназального затекания и дискомфорта в проекции пазух – затрудняет своевременную постановку диагноза. В связи с этим верификация заболевания требует комплексного подхода, базирующегося на анализе жалоб, анамнеза и данных инструментальных методов исследования [11, 15].
В структуре анамнестических данных особое значение имеет стоматологический статус. Если в этиологии большинства форм синусита доминируют вирусные инфекции и переохлаждение, то при кистозном поражении верхнечелюстной пазухи ключевую роль играют стоматологические факторы: кариес, перенесенное эндодонтическое лечение или экстракция зубов верхней челюсти. Данные обстоятельства указывают на одонтогенный генез кисты, что принципиально определяет объем и тактику хирургического вмешательства, делая уточнение стоматологического анамнеза обязательным этапом предоперационного обследования [5, 8].
Физикальный осмотр дополняется эндоскопическими методами, позволяющими детально оценить состояние структур носового хода, локальный отек, наличие патологического отделяемого в зоне соустья и анатомические аномалии. Тем не менее, визуализация глубоких структур требует лучевых методов. Компьютерная томография (КТ) и конусно-лучевая компьютерная томография (КЛКТ) остаются «золотым стандартом» оценки костных стенок и топографо-анатомических взаимоотношений [6]. Однако, несмотря на высокую точность лучевой диагностики, КЛКТ не позволяет оценить иммунологический статус слизистой оболочки, который является определяющим фактором в прогнозировании послеоперационной реабилитации и рисков хронизации [7].
Эволюция концептуальных представлений о природе ХРС, отраженная в международном консенсусе EPOS 2020, диктует переход от унифицированных протоколов к персонализированной терапии. Заболевание следует рассматривать как гетерогенный процесс с различными воспалительными эндотипами, что требует углубленного изучения молекулярно-биологических маркеров слизистой оболочки [3, 4, 16]. Реализация такого подхода невозможна без понимания иммунопатологических механизмов: персистирующее воспаление приводит к истощению локальных защитных факторов, при этом характер и выраженность иммунного дисбаланса определяют клиническое течение заболевания [9, 13].
Для объективизации иммунологических нарушений на тканевом уровне применяется иммуногистохимический анализ (ИГХ), а поиск объективных предикторов течения процесса становится первостепенной задачей предоперационного обследования. Важнейшим критерием является иммунорегуляторный индекс (ИРИ) – соотношение CD4+ Т-хелперов к CD8+ Т-цитотоксическим лимфоцитам, отражающее баланс активационных и супрессорных звеньев местного иммунитета. Дисбаланс ИРИ свидетельствует о смещении иммунного ответа в сторону Th2-зависимого воспаления или преобладании цитотоксических механизмов, что коррелирует с характером патологического процесса [10, 12, 17]. Таким образом, интеграция функциональных, лучевых и иммунологических данных является необходимым условием для персонализированного планирования хирургического лечения кистозного синусита.
Цель исследования – оптимизация предоперационной диагностики хронического кистозного верхнечелюстного синусита на основе комплексного анализа иммуноморфологического профиля слизистой оболочки для индивидуализации терапевтической и хирургической стратегии.
Материалы и методы
Клиническое проспективное исследование проведено в период с 2021 по 2024 год на базе оториноларингологического отделения Самаркандского областного медицинского центра. В исследование было включено 230 пациентов с верифицированным диагнозом «киста верхнечелюстной пазухи» в возрасте 18–60 лет. Среди обследованных было 138 (60%) мужчин и 92 (40%) женщины; длительность анамнеза заболевания составляла от 1 года до 5 лет.
Все пациенты методом простой рандомизации были разделены на две сопоставимые группы. Основная группа (n=115): обследовались по разработанному расширенному алгоритму, включавшему функциональное тестирование и предоперационное иммуногистохимическое картирование. Группа сравнения (n=115): обследовались по стандартному протоколу (сбор жалоб, анамнеза, физикальный осмотр, эндоскопия полости носа, КЛКТ/МСКТ). Для определения нормативных показателей функционального состояния слизистой оболочки была сформирована контрольная группа, в которую вошли 30 практически здоровых добровольцев аналогичного возраста без патологии околоносовых пазух. Все участники подписали добровольное информированное согласие на участие в исследовании и обработку персональных данных.
Комплексное обследование пациентов обеих групп включало лучевую диагностику в виде мультиспиральной компьютерной томографии и конусно-лучевой компьютерной томографии для детальной оценки топографо-анатомических особенностей пазух и архитектоники полости носа, а также функциональное тестирование слизистой оболочки, включающее переднюю активную риноманометрию для объективной оценки носовой аэродинамики, определение времени мукоцилиарного транспорта с использованием сахаринового теста и количественную оценку всасывательной выделительной и обонятельной функций по стандартным методикам. В дополнение к этому проводился микробиологический блок с бактериологическим анализом содержимого пазух с идентификацией патогенов и определением их чувствительности к расширенному спектру антибиотиков диско-диффузионным методом. Морфологическому верифицированию подвергались биоптаты слизистой оболочки, полученные в ходе эндоскопической биопсии дна верхнечелюстной пазухи, при этом иммуногистохимический анализ выполнялся только у пациентов основной группы для прецизионного определения иммунорегуляторного индекса и фенотипирования эндотипа воспаления с использованием первичных моноклональных мышиных антител к CD4+ клон 4B12 и CD8+ клон C8/144B компании Dako, а визуализацию проводили с использованием тест-систем EnVision Dako с подсчетом позитивных лимфоцитов в 5 случайных полях зрения при увеличении ×400 с последующим расчетом ИРИ (CD4+ / CD8+). Статистический анализ выполнен с использованием программного пакета IBM SPSS Statistics версии 26.0, при этом нормальность распределения данных оценивалась с помощью критерия Шапиро – Уилка, а количественные показатели представлены в виде медианы и интерквартильного размаха, так как межгрупповые различия анализировались с помощью непараметрического U-критерия Манна – Уитни, в то время как для сравнения качественных данных использовался критерий хи-квадрат и различия считались статистически значимыми при уровне p<0,05.
Результаты исследования
Анализ жалоб показал, что ведущим симптомом является головная боль (97,4±1,05%; p<0,001). Ринологический синдром проявлялся выделениями из носа (70,4%), затруднением носового дыхания (35,7%) и постназальным затеканием (30,4%). Эндоскопическое исследование выявило сочетанную патологию: гипертрофию носовых раковин и деформацию перегородки носа, препятствующие аэрации. Анатомические изменения коррелировали с локализацией кист: наиболее часто поражались нижняя (42,6–49,6%) и задняя (30,4–32,2%) стенки верхнечелюстной пазухи (ВЧС). Статистически значимых различий по топографии кист между группами не выявлено (p>0,05), что подтверждает репрезентативность выборки.
Бактериологическое исследование подтвердило идентичность микробного состава: доминировала аэробная флора (стрептококки, стафилококки) – 51,3–57,4%, анаэробный компонент (Bacteroides spp., Peptococcus spp.) составил 33,9–40,9% (табл. 1). Выявленная чувствительность к фторхинолонам и цефалоспоринам III–IV поколений обосновывает протокол периоперационной антибактериальной терапии. Морфологический анализ биоптатов не выявил различий в распределении гистотипов воспаления между группами (p>0,05).
Таблица 1. Частота встречаемости микрофлоры верхнечелюстного синуса у пациентов
|
Микроструктура спектра микрофлоры пазух
|
Основная
группа
(n=115)
|
Группа сравнения (n=115)
|
Спектр антибактериальной чувствительности
(основные препараты)
|
|
абс. (P±m, %)
|
абс. (P±m, %)
|
|
Анаэробы всего:
|
47 (40,9±4,58)
|
39 (33,9±4,41)
|
|
|
Bacteroides spp.
|
13 (11,3±2,95)
|
11 (9,6±2,74)
|
цефоперазон, цефепим, гентамицин
|
|
Peptococcus spp.
|
9 (7,8±2,50)
|
7 (6,1±2,23)
|
цефоперазон, цефепим, амикацин, оксациллин
|
|
Peptostreptococcus spp.
|
9 (7,8±2,50)
|
7 (6,1±2,23)
|
цефоперазон, цефепим, тетрациклин
|
|
Streptococcus parvulus
|
7 (6,1±2,23)
|
6 (5,2±2,07)
|
цефоперазон, цефепим, оксациллин, цефазолин
|
|
Streptococcus morbillorum
|
6 (5,2±2,07)
|
5 (4,3±1,90)
|
амикацин, гентамицин, цефазолин
|
|
Bacteroides fragilis
|
3 (2,6±1,49)
|
3 (2,6±1,49)
|
линкомицин, ципрофлоксацин
|
|
Аэробы всего:
|
66 (57,4±4,61)
|
59 (51,3±4,66)
|
|
|
α-гемолитический стрептококк
|
17 (14,8±3,31)
|
15 (13,0±3,14)
|
левофлоксацин, цефалексин, оксациллин,
ампициллин
|
|
Acinetobacter spp.
|
15 (13,0±3,14)
|
13 (11,3±2,95)
|
гентамицин, ципрофлоксацин
|
|
Staphylococcus epidermidis
|
13 (11,3±2,95)
|
13 (11,3±2,95)
|
цефотаксим, тетрациклин, линкомицин
|
|
Pseudomonas aeruginosa
|
7 (6,1±2,23)
|
7 (6,1±2,23)
|
амикацин, ципрофлоксацин
|
|
Staphylococcus aureus
|
7 (6,1±2,23)
|
6 (5,2±2,07)
|
амоксициллин, доксициклин, левофлоксацин,
ципрофлоксацин
|
|
Haemophilus influenzae
|
7 (6,1±2,23)
|
5 (4,3±1,90)
|
амоксициллин
|
|
Нет роста
|
8 (7,0±2,37)
|
11 (9,6±2,74)
|
–
|
Комплексное тестирование выявило выраженную функциональную декомпенсацию. Мукоцилиарный транспорт (МЦТ) был достоверно замедлен у всех обследованных (табл. 2).
Таблица 2. Распределение средних показателей транспортной функции по степени нарушения
|
Группа пациентов
|
1 степень (15–19 мин)
|
2 степень (20–24 мин)
|
3 степень
(более 25 мин)
|
Всего
пациентов
|
|
Основная группа
|
76
(66,1±4,41%)
|
18
(15,7±3,39%)
|
21
(18,3±3,60%)
|
115
(100,0%)
|
|
Группа сравнения
|
76
(66,1±4,41%)
|
19
(16,5±3,46%)
|
20
(17,4±3,53%)
|
115
(100,0%)
|
Данные ПАРМ подтвердили аэродинамические нарушения: суммарный объемный поток был снижен в 1,3 раза, а сопротивление превышало норму в 1,6 раза (p<0,05). Адреналиновая проба выявила почти двукратное повышение проницаемости слизистой оболочки (4,4–4,55 уд/мин против 2,2 уд/мин в контроле), что указывает на глубокое повреждение эпителиального барьера (рисунок).

Первичный скрининг выявил однотипные признаки Th2-зависимого воспаления в обеих группах (снижение sIgA, рост IgE и IL-4) (табл. 3). Однако для выбора персонализированной тактики в основной группе был применен ИГХ-анализ, который позволил стратифицировать пациентов по морфологическим фенотипам и иммунологическому эндотипу (табл. 4).
Таблица 3. Динамика показателей местного иммунитета и цитокинового профиля у пациентов исследуемых групп
|
Показатель
|
M±m
|
p
|
|
Основная группа (n=115)
|
|
sIgA назальный, мг/мл
|
1,7±0,3
|
<0,05
|
|
IgE назальный, МЕ/мл
|
0,5±0,2
|
<0,05
|
|
IL-4, пг/мл
|
9,5±0,3
|
<0,05
|
|
CD3+, 109/л
|
1,09±0,3
|
<0,05
|
|
CD4+, 109/л
|
0,9±0,3
|
<0,05
|
|
Группа сравнения (n=115)
|
|
sIgA назальный, мг/мл
|
1,7±0,3
|
>0,05
|
|
IgE назальный, МЕ/мл
|
0,5±0,2
|
>0,05
|
|
IL-4, пг/мл
|
9,7±0,3
|
>0,05
|
|
CD3+, 109/л
|
1,07±0,3
|
>0,05
|
|
CD4+, 109/л
|
0,81±0,3
|
>0,05
|
Таблица 4. Фенотипическая классификация кистозного процесса (основная группа, n=115) (M±m)
|
Морфологический фенотип
|
CD4+ (отн. ед./клеток)
|
CD8+ (отн. ед./клеток)
|
ИРИ (CD4+/CD8+)
|
Терапевтическая стратегия
|
|
Эозинофильный, n=32
|
1,1±0,08
|
0,4±0,03
|
2,75±0,12*
|
Противоаллергическая (антигистаминные, ИГКС)
|
|
Лимфоцитарный, n=38
|
0,53±0,04
|
0,47±0,04
|
1,13±0,09
|
Иммунокорригирующая
|
|
Смешанный, n=45
|
0,73±0,05
|
0,67±0,06
|
1,09±0,07
|
Иммунокорригирующая + антибактериальная
|
|
Физиологическая норма
|
–
|
–
|
1,3–2,0
|
–
|
Примечание: * – достоверность различий показателей в сравнении с нормой (p<0,05).
Анализ ИРИ позволил выделить два полярных состояния.
1.Гиперергический вариант (ИРИ=2,75): при эозинофильной инфильтрации доминирует Th2-ответ, требующий назначения ИГКС.
2. Иммуносупрессивный вариант (ИРИ=1,09–1,13): истощение местного Т-клеточного звена требует иммунокоррекции для профилактики персистенции инфекции.
Обсуждение
В настоящем исследовании представлен комплексный подход к диагностике хронического кистозного верхнечелюстного синусита, основанный на интеграции функциональных тестов и иммуногистохимического картирования. Наши результаты демонстрируют, что стандартный протокол обследования, ограниченный лишь визуализацией (КЛКТ/МСКТ) и физикальным осмотром, не позволяет в полной мере оценить иммунопатологический статус слизистой оболочки, что является ключевым фактором риска хронизации и послеоперационных рецидивов.
Проведенный анализ показал, что ведущим клиническим симптомом у всех пациентов является головная боль, однако ее этиология при кистозных поражениях часто остается недооцененной. Наши данные подтверждают, что топографическая локализация кист (преимущественно нижняя и задняя стенки ВЧС) не имеет значимых межгрупповых различий, что указывает на необходимость поиска маркеров, прогнозирующих течение процесса вне зависимости от анатомического расположения кисты.
Микробиологический профиль, выявленный в нашем исследовании, соотносится с данными литературы о полимикробной природе хронических синуситов, где аэробно-анаэробные ассоциации (стрептококки, Bacteroides spp.) играют решающую роль в поддержании персистирующего воспаления [9, 13]. Однако, как показал ИГХ-анализ, одного присутствия патогена недостаточно для выбора тактики лечения.
Ключевой находкой нашей работы является выделение трех иммуноморфологических фенотипов кистозного синусита: эозинофильного, лимфоцитарного и смешанного. Эозинофильный фенотип с высоким ИРИ (2,75) отражает Th2-зависимый эндотип воспаления. Это коррелирует с данными современных согласительных документов (EPOS 2020), согласно которым эозинофильное воспаление требует агрессивного применения местных ИГКС [3]. В нашем случае это обосновывает необходимость превентивной противоаллергической терапии до и после хирургического вмешательства. Иммуносупрессивный вариант (ИРИ 1,09–1,13) при лимфоцитарной и смешанной инфильтрации свидетельствует об истощении местного Т-клеточного звена. Этот эндотип, который ранее оставался «невидимым» для стандартных методов диагностики, требует применения иммунокорригирующей терапии для восстановления эпителиального барьера и профилактики вторичного инфицирования.
Таким образом, ИРИ является объективным предиктором послеоперационной реабилитации. Использование предложенного нами алгоритма позволяет перейти от унифицированной хирургической тактики к индивидуализированному ведению пациентов, что принципиально важно для профилактики рецидивов кистозных образований. Наше исследование носило проспективный характер и проводилось на базе одного клинического центра, что накладывает определенные ограничения на экстраполяцию данных. Тем не менее, полученные результаты подтверждают целесообразность внедрения ИГХ-анализа в рутинную предоперационную подготовку пациентов с хроническим кистозным синуситом. Дальнейшие исследования должны быть сосредоточены на изучении долгосрочных исходов хирургического лечения в зависимости от выбранного эндотипа воспаления.
Выводы:
1. Установлено, что стандартный алгоритм диагностики кистозного верхнечелюстного синусита, включающий эндоскопию и лучевые методы (КТ/КЛКТ), не позволяет оценить иммунологический статус слизистой оболочки, что ограничивает возможности прогнозирования послеоперационного периода.
2. Разработанный расширенный алгоритм диагностики, включающий функциональное тестирование (ПАРМ, МЦТ) и иммуногистохимическое картирование, позволяет объективно оценить степень функциональной декомпенсации слизистой оболочки и выявить скрытые эндотипы воспаления.
3. Иммунорегуляторный индекс (ИРИ=CD4+/CD8+) является информативным предиктором патологического процесса: гиперергический вариант (ИРИ>2,0) свидетельствует об эозинофильном эндотипе, требующем включения ИГКС в схему предоперационной подготовки; иммуносупрессивный вариант (ИРИ≈1,0) при лимфоцитарной и смешанной инфильтрации указывает на необходимость иммунокорригирующей терапии для успешной регенерации тканей.
4. Внедрение предложенного персонализированного алгоритма обеспечивает таргетный выбор пред-операционной терапии, что позволяет оптимизировать подготовку к хирургическому вмешательству и создает предпосылки для снижения риска рецидивов кистозных образований в долгосрочной перспективе.
________________________________________________________________________________
Конфликт интересов:авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Источники финансирования:работа не имела специального финансирования.
Форма участия авторов в работе:все авторы сделали эквивалентный вклад в подготовку публикации.
Информация об авторах
Автор, ответственный за переписку: Насретдинова Махзуна Тахсиновна – доктор мед. наук, профессор кафедры оториноларингологии №2 Самаркандского государственного медицинского университета, e-mail: luna1088@mail.ru
Хайитов Алишер Адхамович – кандидат мед. наук, кафедра оториноларингологии №2 Самаркандского государственного медицинского университета
_________________________________________________________________________________
ЛИТЕРАТУРА
1. Treatment of maxillary sinus cysts: literature review // Int J Med Sci Clin Res. – 2024. – Vol.4, N10. – P.56–63. doi:10.37547/ijmscr/Volume04Issue10-10
2. Giotakis E.I., Weber R.K. Cysts of the maxillary sinus: a literature review // Int Forum Allergy Rhinol. – 2013. – Vol.3, N9. – P.766–771. doi:10.1002/alr.21177
3. Fokkens W.J., Lund V.J., Hopkins C., et al. European Position Paper on Rhinosinusitis and Nasal Polyps 2020 // Rhinology. – 2020. – Vol.58, Suppl.29. – P.1–464. doi:10.4193/Rhin20.600
4. Van Crombruggen K., Zhang N., Gevaert P., Tomassen P., Bachert C. Pathogenesis of chronic rhinosinusitis: inflammation // J Allergy Clin Immunol. – 2011. – Vol.128, N4. – P.728–732. doi:10.1016/j.jaci.2011.07.049
5. Karpishchenko S.A., Baranskaya S.V., Karpishchenko E.S. Differential diagnosis of cysts of the upper jaw and maxillary sinus // Consilium Medicum. – 2019. – Vol.21, N3. – P.60–64. doi:10.26442/20751753.2019.3.190253
6. Kryukov A.I., Turovsky A.B., Kolbanova I.G., et al. Tactics of surgical treatment of maxillary sinus cysts // Vestn Otorinolaringol. – 2019. – Vol.84, N1. – P.42–45.
7. Kryukov A.I., Turovsky A.B., Kolbanova I.G., Musayev K.M., Karasov A.B. Features of the histological structure of the maxillary sinus cyst shell with various diseases of the nasal cavity and paranasal sinuses // Ros Otorinolaringol. – 2021. – Vol.86, N4. – P.50–53.
8. Nasretdinova M.T., Khaitov A.A. Choice of surgical approach in the treatment of maxillary sinus cysts // J Dent Craniofac Stud. – 2023. – Vol.4, N1.
9. Nasretdinova M.T., Khaitov A.A., Normuradov N.A. State of microbiocenosis in patients with cystic lesions of the maxillary sinuses // Otorinolaringol Vost Evr. – 2021. – Vol.11, N2. – P.169–174.
10. Nasretdinova M.T., Xayitov A.A., Ziyadullayev S.X., Vladimirova T.Yu. About specific endonasal extraction of cysts of the maxillary sinus // J Oral Med Craniofac Res. – 2022. – Vol.1, N3. – P.24–26. doi:10.26739/2181-0966-2020-3-5
11. Semenov F.V., Gorbonosov I.V., Vartanyan M.S. Symptomatology of maxillary sinus cysts // Vestn Otorinolaringol. – 2012. – Vol.1. – P.8–10.
12. Khaitov A.E., Nasretdinova M.T. About specific endonasal extraction of cysts of the maxillary sinus // Cent Asian J Med Nat Sci. – 2021. – Vol.2, N2. – P.201–204. doi:10.51699/cajmns.v2i2.66
13. Pierse J.E., Stern A. Benign cysts and tumors of the paranasal sinuses // Oral Maxillofac Surg Clin North Am. – 2012. – Vol.24, N2. – P.249–264. doi:10.1016/j.coms.2012.01.007
14. Moon I.J., Kim H.J., Park H., et al. Mucosal cysts in the paranasal sinuses: long-term follow-up and clinical implications // Am J Rhinol Allergy. – 2011. – Vol.25, N2. – P.98–102. doi:10.2500/ajra.2011.25.3582
15. Bachert C., Han J.K., Desrosiers M., et al. Efficacy and safety of dupilumab in patients with severe chronic rhinosinusitis with nasal polyps: a pooled analysis of two phase 3 trials // Lancet Respir Med. – 2021. – Vol.9, N9. – P.1029–1041. doi:10.1016/S2213-2600(21)00114-7
16. Varyushina E.A., Bezrukova E.V., Vorobeychikov E.V., et al. Study of local inflammatory response in different clinical forms of chronic polypous rhinosinusitis // Med Immunol. – 2022. – Vol.24, N3. – P.539–552. doi:10.15789/1563-0625-SOL-2479
Медицинские новости. – 2026. – №7. – С. 60-64.
Внимание! Статья адресована врачам-специалистам. Перепечатка данной статьи или её фрагментов в Интернете без гиперссылки на первоисточник рассматривается как нарушение авторских прав.